Фамилия Стыков — одна из тех, где простота звучания обманчива. На первый взгляд она кажется прозрачной: «стык», «стыковаться». Но в русской ономастике за ней стоит не геометрия или техника, а вполне конкретное человеческое качество или прозвище.

Слово «стык» в старых говорах имело значение не только «место соединения», но и «ссора», «спор», «стычка». Поэтому Стыком в народе могли прозвать человека скандального, неуживчивого, того, кто постоянно лезет в перепалки. Прозвище было нелестным, но точным. От него по самой распространенной модели и образовалась фамилия: Стык + -ов (притяжательный суффикс, означающий «сын Стыка» или «из семьи Стыка»). Форма Стыков — типичная для северных и центральных областей России, где преобладал суффикс -ов, а не -ин (который чаще давали от основ на -а/-я).

Существует и другая, более редкая версия. В некоторых говорах «стык» означал «устой», «опора», «столб». В этом случае прозвище могло относиться к человеку крепкому, коренастому, «сбитому», как столб. Однако эта гипотеза менее убедительна: в русской антропонимии прозвища по физической «сбитости» обычно давались через слова «корень», «пень», «чурбан», а «стык» в таком значении был локальным и быстро вытеснился основным техническим смыслом.

Интересно, что фамилия Стыков не имеет ничего общего с профессиональной деятельностью, в отличие от, скажем, Кузнецова или Плотникова. Она целиком и полностью прозвищная, психологическая. Стыков — это не «тот, кто стыкует рельсы», а «потомок человека, которого за характер звали Стыком». В этом её отличие от поздних искусственных фамилий, которые могли возникнуть у железнодорожников в XIX веке: те, скорее всего, получили бы фамилию Стыковой или Стыкалов.

Фамилия редкая, не относится к числу массовых. Встречается разрозненно по всей России, без ярко выраженного гнезда. В дореволюционных списках мещан и крестьян она фиксируется, но никогда не была дворянской. По сути, Стыков — это живой слепок народной наблюдательности: некрасивое, но яркое прозвище, закрепившееся в официальном родовом имени.