Фамилия Сушляков — яркий пример того, как прозвище, связанное с физической особенностью или характером, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит слово «сушлый» — в южнорусских и среднерусских говорах так говорили о худощавом, сухощавом, поджаром человеке. Суффикс -як- в русской ономастике часто образовывал прозвища по характерному признаку (ср. «здоровяк», «добряк», «грязняк»), так что «сушляк» — это и есть «сухощавый, худой человек». Фамилия, таким образом, буквально означает «сын Сушляка» или «потомок того, кого прозвали Сушляком».

Интересно, что в некоторых диалектах у слова «сушлый» было и переносное значение — «неприветливый, сухой в общении», так что прозвище могло относиться не только к внешности, но и к характеру. Модель образования через суффикс -ов типична для русских фамилий, закрепившихся в XVI–XVII веках: она отвечала на вопрос «чей?» и указывала на принадлежность к главе семьи.

Фамилия Сушляков встречается преимущественно в южных регионах России — в Ростовской, Волгоградской областях, в Краснодарском крае, а также в Поволжье. Эта география совпадает с ареалом бытования самого слова «сушлый». Встречаются также варианты написания — Сушляков и изредка Сушляковы, но основной вариант устойчив. Среди однокоренных фамилий можно назвать Сушков, Сушин, Сушенков — все они восходят к тому же корню, но с разными суффиксальными оформлениями.

Социальный состав носителей фамилии был разнородным: в переписных книгах XVII–XVIII веков Сушляковы упоминаются и как крестьяне, и как посадские люди, и как казаки. В казачьих станицах прозвища по внешним признакам давали особенно часто, так что не исключено, что часть Сушляковых имеет донские или кубанские корни. Фамилия не относится к числу редких, но и массовой не стала — её носителей в России насчитывается несколько тысяч человек.