Фамилия Таусенев — редкий случай, когда географический след в основе почти наверняка перевешивает личное имя. Её ядро — топоним Таусень, который мог относиться к нескольким местам: от реки Таусень в бассейне Оки до заброшенных селений в бывшей Вятской губернии. Человек, получивший прозвище Таусень, скорее всего, был выходцем оттуда — переселенцем, указавшим на место прежнего жительства. Такая модель («по названию местности + -ев») типична для русских фамилий XVI–XVII веков, когда крестьян и служилых людей записывали по месту, откуда они прибыли на новое жительство.

Суффикс -ев указывает на притяжательное значение: «чей?» — Таусенев, то есть сын или потомок человека по прозвищу Таусень. Само слово «таусень» звучит архаично и может восходить к древнерусскому «тау» (тут, здесь) в сочетании с «сень» (тень, защита) — гипотетическое прозвище человека, жившего в глухом, затенённом месте. Но более надёжная версия — ойконимическая: в писцовых книгах XVII века фиксируются починки и пустоши с корнем «Таус-» (например, Таусово), что делает связь с географическим названием наиболее прямой.

Фамилия не получила широкого распространения и осталась локальной. Её носители, судя по сохранившимся записям в метрических книгах XIX века, были преимущественно государственными крестьянами центральных губерний — Рязанской, Тамбовской, отчасти Нижегородской. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано: отсутствие в «Общем гербовнике» и списках служилого сословия говорит о крестьянском или мещанском происхождении.

В написании возможны варианты: Таусенев и Таусенёв. Ударение, судя по косвенным падежам в архивных документах, обычно падает на второй слог — Та́усенев, реже на третий. Особенность фамилии — отсутствие однозначной параллели в других славянских языках. Если бы основа была тюркской (от «тау» — гора), суффикс был бы другим, например Таушев или Таулин. Так что Таусенев — почти наверняка русская фамилия, собранная из местного названия и стандартного патронимического суффикса, без экзотических примесей.