Происхождение
Фамилия Токовыло
Фамилия Токовыло — редкая, с неочевидной на слух структурой. Чтобы понять её происхождение, нужно отбросить привычные русские фамильные суффиксы. В ней нет ни -ов, ни -ин. Окончание -ыло сразу выдаёт нерусскую, скорее всего, украинскую или белорусскую основу.
Скорее всего, перед нами фамилия, образованная от прозвища, которое закрепилось в форме глагола в прошедшем времени. В украинском и южнорусских говорах «токовыло» или «токовало» — это форма глагола «токовать» (о птицах: издавать брачный крик, призывно кричать). Прозвище Токовыло могли дать человеку с громким, зычным голосом, заводиле, который «распевает» или зовёт народ, либо же охотнику, который мастерски подражал тетеревиному току. Корень «ток» здесь связан не с электричеством, а с токованием птиц — древним словом, описывающим брачное поведение глухарей и тетеревов.
Вторая версия, менее вероятная, но возможная: основа от слова «ток» в значении «место для молотьбы» (гумно). Тогда «Токовыло» могло быть прозвищем работника, который «токовал» — молотил зерно на току. Однако глагол «токовать» в значении «молотить» встречается реже и в основном в диалектах, поэтому версия с птичьим токованием выглядит убедительнее.
Фамилия явно относится к «глагольному» типу, который характерен для украинской ономастики: Непейвода, Гуляйполе, Покотило. Токовыло стоит в одном ряду с фамилиями Токало, Токарь, но отличается именно яркой процессуальной формой — это не просто «тот, кто токует», а «он токовал» (то есть прозвище закрепилось как законченное действие).
Географически фамилия тяготеет к украинским областям, возможно, к Полесью или Слобожанщине. В современной России она встречается единично, чаще всего у потомков переселенцев с Украины или из южных регионов. Социальный состав предков — скорее всего, крестьяне или казаки, где прозвища давались по ярким бытовым или поведенческим чертам. Дворянской эту фамилию считать нельзя — в родословных книгах она не фиксируется.
Итог: человек с фамилией Токовыло, скорее всего, потомок украинца, которого в XVII–XIX веках прозвали за голос или манеру поведения — либо «крикуна-запевалы», либо знатока птичьего тока.