Фамилия Целибеев — редкий случай, когда прозвище перешло в фамилию почти без изменений, сохранив свой первоначальный, немного ироничный смысл. В основе лежит древнерусское слово «целибей» или «целиба». В словарях Даля и Фасмера оно означает нечто вроде «целитель», «знахарь» или «лекарь» — человек, который заговаривает болезни, снимает сглаз, лечит травами и заговорами. В крестьянской среде целибеев не путали с врачом в современном понимании: это был деревенский колдун или знахарь, к которому ходили с хворями, когда официальная медицина была недоступна.

Суффикс -ев указывает на типичную русскую патронимическую модель: Целибеев — сын Целибея. Фамилия образована напрямую от прозвища, без промежуточного крестильного имени, что говорит о её «прозвищном» происхождении. В ономастике такие фамилии часто возникали, когда занятие или характерная черта предка закреплялись в родовом имени. В отличие от фамилий на -ов/-ев, образованных от канонических имён (Иван — Иванов), Целибеев прямо указывает на ремесло.

Интересно, что фамилия практически не встречается за пределами южнорусских и центрально-чернозёмных областей. По данным современных исследований, основные очаги — Курская, Белгородская, Воронежская области. Это не случайно: именно там веками сохранялся уклад, где знахарство было частью повседневной жизни, а прозвище «Целибей» могло передаваться как почётное или, наоборот, как насмешливое.

Споров о корне почти нет. Альтернативная версия — связь с тюркским «джалиб» (победитель) или арабским «галиб» — лингвистически слаба: фамилия не имеет характерных тюркских суффиксов и зафиксирована именно в русской среде. Скорее всего, предок носителя фамилии был тем самым деревенским целителем, чьё прозвище закрепилось за потомками. В документах XVII–XVIII веков фамилия не фиксируется — вероятно, из-за низкого социального статуса носителей: знахари редко попадали в писцовые книги.