Фамилия Цеменя звучит непривычно для русского уха, и это не случайно: ее корни уходят в белорусскую и украинскую языковую стихию. Вопрос, откуда она взялась, не имеет однозначного ответа, и ономасты предлагают несколько версий, каждая из которых по-своему объясняет и прозвище, и будущую фамилию.

Самая распространенная гипотеза связывает основу с белорусским словом «цем» — «темнота». Согласно этой версии, имя Цеменя мог получить ребенок, родившийся в темное время суток, или взрослый человек, чей дом стоял в тени, на неосвещенной улице. Такие прозвища по месту жительства или по обстоятельствам появления на свет встречаются в народной традиции сплошь и рядом, поэтому версия выглядит вполне жизненной.

Вторая гипотеза отталкивается от украинского глагола «цеменути», который переводится как «ударить» или «свистнуть». Если следовать этой логике, Цеменей могли окрестить человека горячего, вспыльчивого, скорого на расправу, либо, наоборот, того, кто имел привычку постоянно насвистывать мелодии. Прозвища по характеру и поведению — один из древнейших пластов антропонимии, так что и этот вариант имеет право на существование.

Третья версия обращается к белорусскому слову «цемя» — «темя», то есть верхняя часть головы, макушка, а также верхушка горы или холма. В этом случае прозвище могло отражать либо внешнюю особенность предка (например, две макушки на голове), либо указывать на то, что его жилище находилось на возвышенности. Обе трактовки укладываются в логику народных именований, где внешность и ландшафт всегда играли важную роль.

Наконец, существует предположение, что Цеменя — это не прозвище, а диалектная производная форма крестильного имени Артемий. В белорусских и северорусских говорах звук «ц» нередко заменял «т», и имя Артемий в народном произношении могло звучать как «Арцемей», а затем сократиться до Цемени. Само имя Артемий восходит к греческому «посвященный Артемиде» — богине охоты и Луны, сестре Аполлона. Эта версия объясняет фамилию через христианскую традицию имянаречения, хотя и уступает первым трем по степени распространенности.

Словообразовательная модель фамилии проста: суффикс -я в белорусской и украинской традиции часто формирует прозвищные имена и фамилии, нередко с оттенком уменьшительности или фамильярности. Так что перед нами типичный пример восточнославянской фамилии, возникшей из личного прозвища, а не из профессии или сословной принадлежности. Какая из версий верна для конкретного рода Цеменя, сказать трудно — без генеалогических изысканий и знания местных говоров предпочтение отдать сложно, но первая, «темная», выглядит наиболее органичной для белорусского ареала.