Фамилия Цидвинцев — редкая, и её происхождение неочевидно. С первого взгляда бросается в глаза нестандартный суффикс «-ев» при основе, оканчивающейся на «ц». В русских фамилиях такое сочетание встречается нечасто: обычно после «ц» пишется «-ов» (как в Кузнецов, Ловцов). Написание «Цидвинц-ев» вместо ожидаемого «Цидвинц-ов» указывает на то, что фамилия, скорее всего, формировалась не в центральных великорусских говорах, а на периферии, где орфографические нормы были менее устойчивы, либо под влиянием польской или белорусской традиции (ср. фамилии типа Глинский — Глиньский). Сама основа «Цидвин-» не имеет очевидных параллелей в русской лексике.

Наиболее вероятная версия связывает фамилию с топонимом. В основе мог лежать населённый пункт с корнем «Цидв-» или «Цитв-». Например, в исторических документах встречается название местечка Цитвяны (на территории современной Беларуси или Литвы). Житель такого места мог получить прозвище «Цидвинец» (с белорусским смягчением «т» в «ц»), а его потомки стали Цидвинцевыми. Суффикс «-ец» типичен для обозначения выходца из определённой местности (ср. Вязьмитинов — из Вязьмы, Ростовцев — из Ростова). Таким образом, родоначальник Цидвинцевых — человек, переселившийся из селения с похожим названием.

Менее убедительна, но возможна версия от прозвища. В русских говорах слово «цыдва» или «цидва» не зафиксировано, но можно предположить его связь с диалектным «цыть» (тишина, молчок) или с глаголом «цыдить» (цедить). Однако такие построения остаются гипотетическими, так как не подтверждаются словарями. Надёжнее опираться на географический след.

Сословно фамилия Цидвинцев, скорее всего, относится к крестьянской или мещанской среде. Отсутствие дворянских родов с такой фамилией в «Бархатной книге» и «Общем гербовнике» косвенно это подтверждает. Фамилия могла закрепиться в среде однодворцев (государственных крестьян юга России) или западнорусских крестьян после отмены крепостного права, когда многие получили фамилии по месту прежнего жительства. Сегодня фамилия встречается крайне редко, в основном в центральных и южных регионах России, что может говорить о миграции носителей в XVIII–XIX веках.