Фамилия Цингауз звучит для русского уха необычно — и это прямой ключ к её происхождению. Она не из славянского пласта, а из немецкого. В основе лежат два слова: «Zinn» (олово или жесть) и «Haus» (дом). Буквально — «оловянный дом» или «жестяной дом». Но это не архитектурная метафора, а профессиональное прозвище: так в немецких землях называли кровельщика, который работал с жестью, или торговца оловянной посудой. Фамилия сложилась ещё до того, как её носители оказались в России.

В Российской империи фамилия Цингауз встречалась в основном среди немецких колонистов, которых Екатерина II и Александр I приглашали осваивать Поволжье, Новороссию и Петербургскую губернию. Немцы-ремесленники, в том числе кровельщики и жестянщики, оседали в городах, и их фамилии нередко русифицировались в написании, но корень оставался узнаваемым. В отличие от многих других немецких фамилий на «-гауз», Цингауз не получил широкого распространения — это редкий случай, когда прозвище по ремеслу сохранилось почти без изменений.

Словообразовательная модель здесь проста: фамилия не имеет русского суффикса (нет окончания -ов или -ин), она застыла в форме сложного слова. Это типично для поздних заимствованных фамилий, которые не адаптировались под местные патронимические модели. Если бы фамилия обрусела раньше, она могла бы превратиться в Цингаузов, но этого не произошло.

Интересно, что в некоторых диалектах немецкого «Zinn» могло относиться и к сплаву, из которого делали пуговицы или мелкую фурнитуру. Поэтому предок-родоначальник мог быть не только кровельщиком, но и лудильщиком или мастером по оловянным изделиям. В любом случае, носитель фамилии Цингауз почти наверняка происходит из среды городских ремесленников немецкого происхождения, переселившихся в Россию в XVIII–XIX веках. Географически фамилия чаще всего фиксируется в документах по Санкт-Петербургской, Самарской и Саратовской губерниям — именно там были крупные немецкие колонии.