Фамилия Циздын — редкий случай, когда написание почти полностью совпадает со звучанием, но происхождение при этом остаётся загадкой. В русской ономастике фамилии на -ын обычно указывают на принадлежность: «чей?» — Циздын, то есть сын или потомок человека по прозвищу Цизда. Суффикс -ын (вариант -ин после основ на твёрдый согласный) типичен для северных и центральных областей России, но сама основа выбивается из привычного ряда.

Корень «цизд-» не встречается ни в древнерусских именах, ни в распространённых прозвищах. Можно предположить, что это искажённое или диалектное слово. В говорах русского севера, например, бытовало слово «циз» — так называли мелкую рыбёшку или, в переносном смысле, невысокого, юркого человека. Если допустить, что исходной формой было «Цизда» (от «циздый» — худой, щуплый), то фамилия могла возникнуть как прозвище по внешности. Однако надёжных подтверждений такой версии в словарях нет.

Другая, более вероятная гипотеза — нерусское происхождение основы. Фамилия могла быть адаптирована при переезде носителя в русскоязычную среду. Например, в тюркских языках есть корень «сызды» (холодный, прохладный) или «сыз» (влага, сырость), который при записи на слух мог превратиться в «Цизд-». В таком случае первоначальное прозвище относилось либо к месту жительства (у холодного источника), либо к характеру человека (сдержанный, «холодный»). Суффикс -ын добавился уже по русской модели, чтобы вписать фамилию в привычную систему.

Встретить фамилию Циздын можно крайне редко — в основном в единичных записях метрических книг XIX — начала XX века на территории бывшей Пермской губернии и в Зауралье. Это подтверждает гипотезу о северном или уральском следе, где смешивались русские, коми-пермяцкие и тюркские влияния. Сословная принадлежность носителей, скорее всего, была крестьянской или мещанской — фамилии с таким суффиксом редко встречались у дворян.

Разбор фамилии Циздын показывает, как даже короткое слово может быть результатом сложного языкового контакта: тюркская или финно-угорская основа, записанная русскими писцами, получила типичный русский суффикс и закрепилась в документах. Без дополнительных архивных изысканий точное значение уловить трудно, но наиболее правдоподобной остаётся версия о прозвище, связанном с холодом или сыростью.