Фамилия Тыкман — редкий случай, когда основа не бросается в глаза и не даёт однозначного ответа. Чтобы понять её происхождение, нужно разобрать модель образования. Суффикс -ан в русских фамилиях обычно указывает на принадлежность или характерный признак (ср. Груздев от груздь, но с другим суффиксом; ближе по модели — фамилии вроде Лобан, Усан, где -ан выделяет человека по крупной или заметной части тела). Основа Тык- может быть звукоподражательной (тык — короткий глухой удар, стук) или диалектной. В русских говорах слово «тыкать» означало не только «вонзать», но и «бить, колотить»; отсюда прозвище Тык — человек, который тычет, толкается, или, в переносном смысле, назойливый, приставучий. Тогда Тыкман — «тот, кто связан с Тыком» (сын или слуга Тыка), а суффикс -ман, нетипичный для исконно русских фамилий, наводит на другую версию.

Вероятнее всего, фамилия Тыкман имеет иноязычные корни, скорее всего, еврейские. В ашкеназской ономастике распространена модель фамилий на -ман (от идиш «ман» — человек): Зельцман (человек соли), Фельдман (человек поля). Основа Тык- может восходить к идишскому «тик» (кусок, ломоть) или к немецкому «Tücke» (злоба, коварство), но это маловероятно. Более правдоподобно, что Тыкман — вариант фамилии Тикман (Tikman), где «тик» — это плотная ткань (тик), и фамилия означала «торговец тиком» или «ткач». Смена «и» на «ы» в русском письме — обычное дело при адаптации иноязычных фамилий (ср. Бык — от Бик). Таким образом, предок носителя фамилии мог быть ремесленником или купцом, связанным с производством или продажей тиковой ткани.

Географически фамилия Тыкман встречается крайне редко. Основные следы ведут в регионы бывшей черты оседлости (Украина, Беларусь, юго-запад России), что подтверждает еврейскую версию. В дореволюционных метрических книгах и списках фамилия почти не фиксируется — это говорит о её позднем оформлении (конец XIX — начало XX века) или о малой численности рода. Сословная принадлежность, скорее всего, мещанская или купеческая, но точных данных нет — фамилия не попала в дворянские родословные книги и не встречается в ревизских сказках крестьян центральной России.