Фамилия Угандеркин — один из тех редких случаев, когда исходное слово не сразу узнаётся, хотя механизм образования прозрачен. Перед нами типичная русская фамилия с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей?» — Угандеркин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Угандерка. Суффикс -к- в основе (Угандерк-а) — характерный для русских прозвищ уменьшительный или уничижительный формант, часто встречающийся в именованиях по роду занятий или поведению. Например, «повар» → Поварка, «слесарь» → Слесарка.

Главная загадка — корень «угандер». Скорее всего, это искажённое заимствование из немецкого или голландского. В немецком языке есть слово «Ungetüm» — чудовище, громадина, но фонетически ближе вариант «Ungander» (возможно, диалектное или фамильное прозвище). В голландском «ongander» может означать «неуклюжий», «неловкий». Учитывая, что в XVIII–XIX веках в России было много иностранных специалистов (корабелы, инженеры, аптекари), прозвище Угандерка мог получить человек с заметной внешностью или манерой поведения — крупный, неуклюжий, или же, наоборот, обладатель громкого голоса и тяжёлой походки.

Другая, менее вероятная версия — местная. В некоторых говорах «гандер» означало «гусак» (от нем. Gander). Тогда «угандер» — это переосмысленный «у гандера» (у гусака), то есть прозвище могло относиться к человеку, который держал гусей или был похож на гусака походкой или характером. Но приставка «у-» здесь выглядит искусственной, скорее это народная этимология.

Географически фамилия редкая, встречается в основном в центральных областях России и на Урале, куда в XIX веке ссылали мастеровых и ссыльных поселенцев. Сословно носители фамилии, скорее всего, были из мещан или государственных крестьян — фамилия не дворянская, не духовная, а бытовая, прозвищная. В справочниках XIX века Угандеркины не значатся среди купеческих или дворянских родов.

Таким образом, Угандеркин — это «сын того, кого прозвали Угандеркой». Прозвище, скорее всего, дали за внешность или манеры, а корень — искажённое западное слово, прижившееся в русской среде. Фамилия сохранила память о контакте с иностранными языками и о том, как чужие слова превращались в русские прозвища.