Фамилия Уклюдов — редкий пример, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, а вот его значение сегодня почти забыто. Исходное слово — «уклюд», которое в старых русских говорах означало неуклюжего, неловкого человека, увальня. Сравните с современным «неуклюжий» — корень тот же, только с отрицательной приставкой. Но если «неуклюжий» значит «неповоротливый», то «уклюд» (или «уклюжий») в диалектах, наоборот, могло означать «ладный, складный, ловкий». Парадокс в том, что фамилия Уклюдов, скорее всего, пошла от противоположного значения — прозвище давали неловкому человеку, а форма без «не-» закрепилась именно в насмешливом смысле. В словаре Даля «уклюдый» — это «увалень, неуклюжий человек», и это самое вероятное объяснение.

Морфологически фамилия проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), то есть Уклюдов — сын Уклюда. Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ, и говорит о том, что предок носителя был известен в своей общине как Уклюд. Фамилия недворянская, скорее всего, крестьянская или мещанская, без приставки «-ский», что указывает на её происхождение в центральных или северных губерниях России, где такие прозвища были в ходу.

Интересно, что в письменных источниках фамилия встречается крайне редко. Это не массовая фамилия вроде Иванова или Кузнецова, а локальная, возможно, связанная с одной или несколькими семьями. В метрических книгах XIX века Уклюдовы изредка фиксируются в Вятской и Пермской губерниях — там, где диалектное слово «уклюд» было в обиходе. Никаких дворянских родов с такой фамилией не известно, что подтверждает её простонародное происхождение.

Сравните с однокоренными фамилиями: Уклюжин, Неуклюдов. Последняя встречается ещё реже, но логически понятна — «неуклюд» как прозвище тоже существовало. Однако именно Уклюдов примечателен тем, что в основе лежит слово, которое в литературном языке почти исчезло, сохранившись только в виде прилагательного с отрицанием. Так что, если вы Уклюдов, ваша фамилия — живое напоминание о старом русском говоре, где «уклюд» был не просто неуклюжим, а человеком, которого так дразнили за неловкость.