Фамилия Улокины — редкий пример того, как одно прозвище породило сразу две разные версии о занятиях предка. Обе они имеют право на жизнь, но ведут к разным образам: рыбак у омута или пахарь с необычной упряжью.

Разбор начнём с суффикса. Форма Улокин указывает на притяжательное значение «сын Улоки», где Улока — личное прозвище. Такая модель типична для северорусских и украинских территорий, где имена на -а легко переходили в фамилии на -ин. Само прозвище Улока, скорее всего, связано с диалектным украинским словом «улога» — «углубление». Так могли назвать человека, жившего на берегу реки у омута или в низине. Эта версия выглядит правдоподобной: гидронимы и особенности ландшафта часто становились основой для прозвищ.

Вторая гипотеза отсылает к пермскому говору, где «улук» — это впрягаль или бороньи оглобли, выгнутые дугой из одной жерди. Если принять эту версию, прозвище Улока получал пахарь, работавший с такой упряжью. Логика здесь простая: человека часто называли по инструменту, с которым он проводил большую часть времени. Однако у этой версии слабее фонетика: переход «улук» в «улока» требует дополнительного объяснения, тогда как «улога» в «улоку» ложится естественнее.

Обе версии объединяет то, что фамилия Улокин — памятник славянской письменности, сохранивший следы живых диалектов. Точное место и время её возникновения сейчас установить сложно: процесс формирования фамилий в разных регионах растянулся на столетия. Но сам факт, что прозвище дожило до наших дней в виде фамилии, говорит о том, что предки носителей были заметными людьми в своей общине — либо метким словом, либо ремеслом.