Фамилия Урмин — редкий случай, где географическая привязка оказывается надёжнее, чем попытка вывести значение из прозвища. Скорее всего, перед нами не «урма» (если такое слово и бытовало в говорах), а отчество от названия реки Урма — правого притока Ветлуги в Костромской области. Жителей по этой реке называли урмичи, а выходца — «урмин сын», то есть Урмин. Модель образования здесь простейшая: топоним на -а даёт основу без окончания, а суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — урмин). Таких фамилий от малых рек в северных и поволжских говорах много: Ветлугин, Пинегин, Сухонин.

Есть и другая версия, менее вероятная. В тюркских языках слово «урман» означает «лес», а «урма» — «лесной массив» или «чаща». Если предок получил прозвище Урма (лесной человек, житель глухого бора), то фамилия могла возникнуть и на татаро-башкирской почве. Но в таком случае мы бы ждали большей концентрации носителей в Поволжье и Приуралье, а Урмины встречаются разрозненно по всей России, причём заметный клан зафиксирован именно в Костромской области.

Фамилия редкая — в списках 500 самых распространённых её нет. Интересно, что ударение в ней плавающее: в одних семьях говорят У́рмин, в других — Урми́н. Первый вариант тяготеет к русской модели (ударение на корень), второй — к тюркской (на последний слог). Это косвенно подтверждает, что фамилия могла возникать в разных средах независимо.

Суффикс -ин здесь не крестьянский и не дворянский — он самый массовый в русской антропонимии, встречается у всех сословий. Поэтому по фамилии Урмин невозможно определить социальное происхождение предков. Зато можно с большой долей уверенности сказать: первые носители жили на северо-востоке Европейской России, на границе костромских и вятских земель, и фамилию получили не от личного качества, а от места — речки, на которой стояла деревня.