Фамилия Урмузовы — редкий пример того, как в русской фамилии могла закрепиться иноземная основа. Вопреки внешнему виду, корень у неё, скорее всего, не тюркский и не славянский, а румынский. Если кратко: фамилия образована от личного прозвища Урмуз, которое, по наиболее убедительной версии, восходит к румынскому слову «urmaș» — «потомок, продолжатель рода, преемник». Так могли назвать долгожданного наследника, того, кто должен был продолжить семейное дело.

Модель образования простая и типичная для русских фамилий: к прозвищу Урмуз добавили патронимический суффикс -ов, и получилось отчество, которое затем закрепилось как фамилия. Суффикс -ов указывает на принадлежность: «сын Урмуза». Это самая массовая словообразовательная модель для русских фамилий, поэтому в данном случае форма не уникальна — уникальна именно основа.

Существует и вторая версия, связанная с тем же румынским корнем, но иного значения. Глагол «urmá» переводится как «следить, идти за кем-либо», «следовать примеру». Если принять эту гипотезу, прозвище Урмуз могло характеризовать либо род занятий предка (следопыт, охотник, преследователь), либо его характер — послушный, кроткий человек, который идёт за старшими. Обе версии лингвистически состоятельны, но первая выглядит убедительнее: называть ребёнка «преемником» в крестьянской среде было естественнее, чем давать прозвище по абстрактному глаголу.

Третья гипотеза — топонимическая, и она заметно слабее. Согласно ей, прозвище могли дать по названию портового города Урмуз на Белом море, куда приходили немецкие, английские и французские корабли. Тогда предок носителей фамилии был бы уроженцем или жителем этого города. Но здесь есть проблема: города с таким названием на Белом море нет. Скорее всего, имеется в виду Ормуз (Ормузский пролив), но это уже совсем другая география — Персидский залив. Такая версия выглядит искусственной и вряд ли отражает реальную историю фамилии.

О точном времени и месте возникновения фамилии Урмузовы говорить сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, а письменные источники по такой редкой фамилии скудны. Ясно одно: перед нами памятник славянской письменности, который хранит след давних культурных контактов, — когда молдавское или румынское слово попало в русскую среду и зажило в ней по законам русской ономастики.