Происхождение
Фамилия Валовень
Фамилия Валовень — редкий пример, когда прозвище сохранилось почти без изменений, не перейдя в стандартную патронимическую форму на -ов или -ин. Судя по суффиксу -ень, перед нами древнерусское личное прозвище, образованное от основы «вал». Такая модель типична для северных и центральных говоров: вспомните фамилии Удалень, Верзень, Малень — они фиксируют человека через яркий признак или действие.
Корень «вал» многозначен. Первое, что приходит на ум — вал как насыпь или волна. Прозвище Валовень мог получить крупный, грузный человек, которого сравнивали с земляным валом. В псковских и новгородских диалектах «валовой» означало «крепкий, здоровый», а «валовик» — силач. Вторая версия отсылает к ремеслу: в русских говорах «валить» значило «сбивать масло», «сваливать войлок» или «катать валенки». Валовень — тот, кто занимается валяльным делом, мастер-валяльщик.
Есть и менее очевидный вариант. В древнерусском языке «валь» — это «валёк» для стирки белья, а в переносном смысле — «неповоротливый, медлительный человек». Филологи отмечают, что прозвища с суффиксом -ень часто давали за характер или поведение, а не за профессию. Поэтому версия с физической или поведенческой характеристикой кажется правдоподобнее ремесленной: слишком много «валов» в разных значениях, чтобы сводить всё к одному занятию.
География фамилии указывает на западные и северо-западные области России. Валовень встречается в Псковской, Новгородской и Тверской областях, единичные носители — в Беларуси. Это не случайно: именно там диалектное слово «валовень» («увалень, мешковатый человек») бытовало в живой речи ещё в XIX веке. Сословной привязки нет — прозвище могли дать как крестьянину, так и посадскому человеку, но в дворянскую среду фамилия не попала.
Однокоренные фамилии (Валов, Валуев, Валюгин) образованы по другим моделям. Валовень стоит особняком: он сохранил архаичный суффикс, который в русской фамильной системе почти вытеснили -ов и -ин. Если ваш предок носил эту фамилию, он, скорее всего, происходил из среды, где прозвища передавались в неприкосновенности, без переделки на писарский лад.