Фамилия Вергентьева — редкий пример, где за привычным русским окончанием скрывается нерусская основа. Чтобы понять её происхождение, нужно смотреть не на окончание (оно типично для фамилий на -ев, принадлежащих к «женскому» варианту), а на корень.

Вероятнее всего, в основе лежит прозвище или имя Вергент. Слово «вергент» в русских говорах не фиксируется, зато имеет прямые параллели в западноевропейских языках. Например, латинское «vergere» означает «склоняться, клониться», а в итальянском «vergente» — «склонный, наклонный». Вряд ли это прямое заимствование, скорее, фамилия могла возникнуть в среде, где были сильны контакты с иностранцами: среди пленных «литвинов» (выходцев из Великого княжества Литовского), среди обрусевших немцев или прибалтийских переселенцев. В таком случае Вергентом могли прозвать человека за осанку (сутулого, склонённого) или за характер (уступчивого, податливого).

Другая версия отсылает к французскому «vergogne» — стыд, позор. Тогда прозвище Вергент давали застенчивому или совестливому человеку. Версия менее вероятна: фамилии с таким корнем редки даже во Франции, а в России их появление почти исключено.

Словообразовательная модель проста: к основе Вергент- добавили суффикс -ев, указывающий на принадлежность («чей?» — Вергентьев). Форма Вергентьева — это женский вариант фамилии, образованный по тому же правилу, что и Иванова, Петрова.

География фамилии узкая. По данным открытых источников, носители фамилии Вергентьевы встречаются в основном в центральной России и Поволжье. Это говорит о том, что фамилия не была массовой и могла принадлежать одной или нескольким родственным семьям, возможно, вышедшим из мещанского или купеческого сословия. Крестьянские фамилии на -ев в этой части страны были широко распространены, но основа Вергент для них нетипична: крестьянам редко давали прозвища от латинских или французских корней.

Таким образом, Вергентьева — скорее всего, фамилия, возникшая в смешанной среде, где русская модель фамилии наложилась на иноязычное прозвище. Точное значение корня сегодня восстановить трудно, но наиболее вероятно, что предок носителя фамилии был человеком со спокойным, уступчивым нравом или с характерной осанкой.