Происхождение
Фамилия Винипух
Фамилия Винипух — случай, когда хочется сразу предупредить: прямого отношения к литературному медвежонку она не имеет. Винни-Пух — персонаж, придуманный Аланом Милном в 1920-х годах, а фамилия появилась раньше и совсем в другом контексте. Её основа — не английское имя Winnie, а славянское прозвище. В русских говорах «винипух» или «винипуха» — диалектное название человека нерасторопного, вялого, того, кто «винит» (то есть медлит, копается) и «пухает» (тяжело дышит, пыхтит). Слово сложилось из двух корней, описывающих манеру поведения: такой человек всё делает с трудом и с пыхтеньем.
Суффикс в фамилии нулевой — она не типичная «-ов» или «-ин», а сохранила форму прозвища. Это редкий тип русских фамилий, чаще встречающийся в западных и южных регионах, где прозвища нередко переходили в фамилии без изменений. В центральных губерниях такое прозвище скорее обработали бы суффиксом — получился бы Винипухов. Но раз фамилия осталась Винипух, значит, предок был из мест, где прозвищная модель держалась дольше: например, из-под Смоленска, Брянска или из украинского Полесья.
В словарях русских фамилий Винипух не упоминается — это говорит о её крайней редкости. Вероятно, она существовала в одной-двух локальных ветвях. Сословно предки могли быть крестьянами или мещанами: прозвища по характеру или повадкам давали в простонародье, а не в дворянской среде. Никакой связи с еврейским населением или немецкими колонистами здесь нет — корень чисто восточнославянский.
Есть и вторая, менее правдоподобная версия: от глагола «винить» в значении «обвинять» и «пух» как «пушок, пушинка». Мол, прозвище для обидчивого, кто «раздувается» от претензий. Но она слабее — в живой речи такое сочетание не зафиксировано, а вот «винипухать» как звукоподражание медленному движению встречается в диалектных записях XIX века. Так что первая гипотеза надёжнее.
Носителей фамилии сегодня на всю Россию — единицы. Если вы встретили Винипуха, скорее всего, перед вами потомок крестьянина из западных губерний, которого когда-то дразнили за медлительность. Ирония судьбы: спустя сто лет прозвище стало звучать как отсылка к детской книжке, хотя изначально означало нечто совсем прозаическое.