Фамилия Ворожбет — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а напрямую — глагол со значением «ворожить», то есть колдовать, гадать, заниматься магией. Вторая часть «-бет» — это усечённая форма от «бетать» (бегать) или, что вероятнее, диалектный вариант глагола «бить». Получается «ворожбет» — тот, кто «ворожит бьёт» или «ворожбой бьёт»? Звучит нелогично, пока не вспомнишь, что в русских говорах «бить» могло означать «добывать, промышлять»: «бьёт бобра», «бьёт рыбу». Тогда Ворожбет — человек, который добывает пропитание ворожбой, то есть колдун, знахарь, промышляющий гаданием и заговорами.

Словообразовательная модель здесь архаичная: основа глагола в повелительном наклонении или в форме 3-го лица единственного числа плюс второй глагольный корень. Такие сложные прозвища встречаются в древненовгородских берестяных грамотах (вроде Несгора, Душила), но в фамилиях они почти не сохранились. Ворожбет — исключение, возможно, южнорусского или украинского происхождения, где диалектная лексика дольше держалась в прозвищах. Суффикс отсутствует — фамилия застыла в виде чистого прозвища, без патронимических -ов/-ев или -ин. Это говорит о том, что её могли записать в документах именно так, без переоформления, что характерно для поздних фиксаций фамилий у крестьянства.

Географически фамилия встречается в основном на западе Украины и в приграничных областях России (Брянская, Курская). В официальных списках XIX века её почти нет, что указывает на локальное бытование. Возможно, предок носителя был деревенским знахарем или колдуном, к которому ходили за помощью, но прозвище закрепилось за потомками уже как фамилия. Вторая версия, менее вероятная, связывает «ворожбет» с тюркскими корнями (от «ворож» — вор и «бет» — лицо), но она не подтверждается ни ареалом, ни фонетикой.

Известных носителей фамилии в истории не зафиксировано, что типично для редких прозвищных фамилий, не попавших в дворянские родословные. Сегодня Ворожбет — один из тех ономастических раритетов, которые хранят память о древних верованиях и ремёслах, почти исчезнувших из быта.