Происхождение
Фамилия Ямансаров
Фамилия Ямансаров звучит непривычно для русского уха, но её происхождение прозрачно и уходит корнями в тюркские языки. Это типичная фамилия-прозвище, образованная по хорошо знакомой нам модели: к основе прибавили русский патронимический суффикс -ов, который означает «сын» или «потомок». То есть Ямансаров — это буквально «сын Ямансара».
Разберем основу «Ямансар». Она состоит из двух тюркских корней: «яман» и «сар». Самое распространенное значение слова «яман» в большинстве тюркских языков (татарском, башкирском, казахском) — «плохой», «дурной», «злой». Вторая часть, «сар», может восходить к слову «сары» — «желтый», «светлый», «белокурый». Однако в сочетании с «яман» это давало бы странный смысл — «плохой желтый». Правдоподобнее другая версия: «сар» — это вариант слова «сарт» или «сардар», что в некоторых диалектах означало «человек», «мужчина», либо же имя Сар — распространенное личное имя в тюркской ономастике.
Таким образом, наиболее вероятное толкование: Ямансар — это древнее составное имя-оберег. У многих народов, в том числе у татар и башкир, существовал обычай давать ребенку имя с негативным значением («Яман» — плохой, «Яманбай» — плохой богач, «Ямангул» — плохой раб). Считалось, что злые духи не позарятся на «плохого» ребенка и не заберут его. Соответственно, Ямансар — это «плохой человек» в охранительном смысле. Предок носителя фамилии, скорее всего, был татарином или башкиром, и его звали Ямансар, а его дети стали Ямансаровыми.
Встречается фамилия преимущественно в Поволжье и на Урале — в Татарстане, Башкортостане, Оренбургской и Челябинской областях. Это зона расселения татар и башкир, где такие прозвищные имена были нормой. Сословно предки Ямансаровых могли быть как крестьянами, так и служилыми людьми — среди татарских мурз и башкирских старшин тоже встречались охранительные имена, так что однозначно судить о знатности только по фамилии нельзя.
В русском языке фамилия сохранила тюркское звучание почти без искажений, что говорит о сравнительно позднем закреплении — скорее всего, в XVIII–XIX веках, когда русские писцы фиксировали уже сложившиеся родовые прозвания.