Фамилия Яргулова — редкий пример, где сразу бросается в глаза нерусская основа. Её не встретишь в словарях русских фамилий вроде справочника Унбегауна, и это не случайно: перед нами типичная тюркская фамилия, которую русифицировали с помощью суффикса -ов/-ев. Если убрать окончание, останется корень Яргул. Это сложное имя, составленное из двух тюркских слов: «яр» — друг, любимый, и «гул» — раб, слуга. В буквальном смысле Яргул означает «друг-раб» или «любимый слуга». Звучит странно для современного уха, но в кочевых обществах такие имена давали с практической целью: они должны были обмануть злых духов, показав, что ребёнок не представляет ценности, или, наоборот, подчеркнуть преданность и ценность человека для рода.

Образована фамилия по стандартной для Российской империи модели: к основе мужского имени Яргул прибавили русский патронимический суффикс -ов, получив Яргулов. Окончание -а указывает на женскую форму — Яргулова. Значит, предок носителя этой фамилии, скорее всего, был Яргулом, то есть его личное имя стало родовым прозвищем для потомков. Такая схема типична для народов Поволжья, Урала и Сибири, где татары, башкиры или казахи, переходя в русское подданство, получали фамилии по имени отца.

Географически фамилия встречается в основном в Башкортостане, Татарстане и Оренбургской области. Это подтверждает её башкиро-татарские корни. В среде этих народов имя Яргул (варианты — Яргуль, Яргол) фиксируется в метрических книгах и переписях XIX века. Интересная деталь: в некоторых говорах «яр» может означать не только «друг», но и «крутой берег, обрыв», что могло бы дать прозвище человеку, жившему у обрыва. Однако в сложном имени Яргул вторая часть — «гул» (раб) — явно указывает на антропонимическую, а не топографическую природу. Версия с «обрывом» — натяжка, и её стоит отбросить.

Сословно предки Яргуловых, вероятнее всего, были простыми крестьянами или воинами-казаками. В башкирском обществе имя «раб» (гул) не несло унизительного оттенка, как в европейском понимании, а скорее указывало на младшего члена рода или человека, посвятившего себя службе старшему. Так что фамилия не таит в себе тайны холопства — скорее, она говорит о семейной иерархии и традициях имянаречения, где ценность человека измерялась его преданностью.