Фамилия Зантария — яркий пример того, как географическое положение и этническая принадлежность предков напрямую запечатлелись в родовом имени. Это не просто фамилия, а указатель на конкретный народ и регион. В основе лежит этноним «зан» — так называют одну из этнографических групп мегрелов, субэтноса грузин, проживающего в исторической области Самурзакано (сейчас это территория Абхазии). Суффикс «-ария» в данном случае выполняет ту же роль, что и русские «-ов» или «-ин»: он указывает на принадлежность, происхождение от кого-то или чего-то. Таким образом, Зантария буквально означает «потомок занов», «человек из народа занов».

Интересно, что фамилия не просто констатирует факт, а подчёркивает локальную идентичность. Мегрелы-заны исторически населяли причерноморские районы, и их язык (занский, или мегрельский) отличается от литературного грузинского. Поэтому носитель фамилии Зантария — это, скорее всего, потомок людей, которые осознавали себя частью этой обособленной группы, возможно, в противовес соседним абхазским или собственно грузинским общинам. В дореволюционной переписи и документах такие фамилии часто записывали на слух, поэтому встречаются варианты написания, но «Зантария» — наиболее устоявшаяся форма.

С точки зрения словообразования, это типичная западно-грузинская (колхидская) модель. Если посмотреть на соседние фамилии того же ареала — например, Гулия, Бения, Ладария, — то суффикс «-ия» (или «-ария») встречается повсеместно. Он не несёт значения знатности или сословия, а просто является родовым показателем. В отличие от восточногрузинских фамилий на «-швили» (сын) или «-дзе» (рождённый), западно-грузинские фамилии на «-ия» более архаичны и часто происходят именно от топонимов или племенных названий.

Что касается социального статуса предков, то заны традиционно занимались земледелием, скотоводством и, в прибрежной зоне, рыболовством. Фамилия не указывает на дворянское происхождение — скорее всего, это фамилия свободных крестьян или ремесленников. В советское время, благодаря миграциям, фамилия Зантария распространилась за пределы Абхазии и Западной Грузии, и сегодня её носителей можно встретить в разных городах России и Грузии, но корни её по-прежнему прочно привязаны к берегам Чёрного моря.