Фамилия Заплачинский — одна из тех, где интуитивное понимание корня подводит. Соблазнительно связать её с глаголом «заплакать» или существительным «заплата», но словообразовательная модель говорит о другом. Суффикс -ин- в основе «Заплач-» указывает на притяжательное значение: «чей?» — Заплачин. То есть прозвище Заплача или имя Заплача. А фамильный суффикс -ский (польский или западнорусский по происхождению) превращает это в «Заплачинский» — либо как «человек из места, связанного с Заплачей», либо как дворянское оформление прозвища.

Корень «плач» здесь, скорее всего, не связан со слезами. В древнерусских говорах «плакать» могло означать не только рыдать, но и «жаловаться», «сетовать», а также «бить челом». Прозвище Заплача давали человеку плаксивому, ноющему, либо, наоборот, тому, кто постоянно ходил с жалобами к начальству. Встречается и другая версия: в польском языке «płakać» — плакать, но «zapłakać» — заплакать, однако фамилия скорее русская или украинская, чем польская, судя по типичному для восточных славян суффиксу -ин.

Географически фамилия редкая. В дореволюционных справочниках и современных базах Заплачинские встречаются точечно: на западе современной России (Смоленщина, Брянщина) и на востоке Украины (Черниговщина). Это зона, где пересекались русские, украинские и польские антропонимические традиции, что объясняет смешение суффиксов. Если бы фамилия была чисто польской, она скорее звучала бы как Заплацкий или Заплачовский.

Сословная принадлежность неочевидна. Суффикс -ский в русской среде часто ассоциируется с дворянством или духовенством, но в реальности его носили и крестьяне, и мещане, особенно на западных территориях. Заплачинский мог быть сыном священника, получившего фамилию по семинарской традиции (от названия села или прозвища), но мог быть и крестьянином, которого записали с такой фамилией при переписи. Точных данных нет, и придумывать их не стоит.

Интересная деталь: фамилия избежала типичного искажения в «Заплаткин» или «Заплатов», что подтверждает её книжное, а не чисто бытовое происхождение. Носителям стоит искать корни не в заплатах на одежде, а в характере или поведении предка — возможно, того самого Заплачи, который докучал просьбами или жалобами.