Фамилия Зблыгина — женская форма фамилии Зблыгин, и её необычность сразу бросается в глаза. В русском языке нет ни слова «зблыга», ни очевидного корня, который бы лежал на поверхности. Это первый признак того, что фамилия образована от прозвища, причём прозвища диалектного или искажённого произношением.

Словообразовательная модель здесь — суффикс -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность: «чей сын?» — Зблыгин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Зблыга. Основа «зблыг-» не встречается в литературном языке, но её можно реконструировать через диалекты и историческую фонетику. Наиболее вероятная версия: прозвище Зблыга возникло из глагола «сблыкать» или «сблыкнуть», что в северных и сибирских говорах означало «сболтнуть, сказать не подумав, ляпнуть». Человек, получивший такое прозвище, мог быть болтливым, неосторожным на язык или просто обладать привычкой говорить лишнее. Переход «сблык-» в «зблыг-» — типичное для живой речи озвончение глухого согласного перед звонким (с → з) и замена «к» на «г» под влиянием диалектного произношения.

Есть и вторая, менее распространённая гипотеза: прозвище могло быть связано с украинским или белорусским словом «зблиг» — «близкий, родственник». В таком случае Зблыга — это человек, который постоянно держался рядом, «прилипал», или же так называли приёмного родственника. Однако эта версия слабее: фамилия Зблыгина встречается в основном в центральных и северных областях России, а не на юго-западе, где такое слово было бы уместнее.

Географически фамилия редкая. Наиболее плотные очаги — Вологодская и Кировская области, а также отдельные записи в Пермском крае. Это как раз зона бытования северных говоров, где «сблыкать» — слово не чужое. По сословной принадлежности носители, скорее всего, были крестьянами или ремесленниками: фамилии на -ин редко встречались у дворянства, если только не были образованы от имени собственного, а здесь основа явно прозвищная.

Таким образом, фамилия Зблыгина — это память о предке, которого в деревне знали как болтуна или неосторожного на слово человека. Никакой драмы в этом нет: в русской ономастике такие прозвища давали без злого умысла, просто по заметной черте характера. Фамилия сохранила живую диалектную форму, которая сегодня уже почти не встречается в речи.