Фамилия Жедяевская — редкий случай, когда географическая привязка проясняет происхождение быстрее, чем разбор корня. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ск-, типичный для дворянских и шляхетских фамилий, образованных от названий местности. Жедяевская, скорее всего, указывает на родовое имение или место, откуда пошёл род: село, деревню или урочище с названием Жедяево, Жедяи или Жедяевка. Такая модель — «владелец поместья Жедяево → Жедяевский» — была распространена в среде польской шляхты и русского служилого дворянства, особенно в западных и южных губерниях.

Корень «Жедяй» или «Жедя» тёмный. В русских говорах слова с таким звучанием почти не встречаются, что наводит на мысль о балтийском или финно-угорском субстрате. Возможно, основа связана с литовским gedėti — «горевать, тосковать», или с диалектным «жедать» (вариант «жаждать»). Но правдоподобнее, что перед нами прозвище, образованное от глагола «жедять» (в значении «желать, хотеть»). В древнерусских памятниках встречается имя Жедяй — его носил, например, крестьянин в новгородских писцовых книгах XV века. От такого имени через притяжательное прилагательное (чей? — Жедяев) и возникла сначала фамилия Жедяев, а затем её «поместная» форма с суффиксом -ск-.

Фамилия почти не зафиксирована в центральных губерниях России, но встречается в документах XIX века по Смоленской и Могилёвской губерниям — как раз на стыке русских и белорусских земель, где оседала мелкопоместная шляхта. Женская форма Жедяевская характерна для дворянского рода, где фамилия склонялась по образцу прилагательных: «Жедяевский» для мужчины, «Жедяевская» для женщины. Если предки носили её без вариантов, скорее всего, они принадлежали к обедневшему дворянству или однодворцам — сословию, которое сохраняло память о шляхетском происхождении.

Кстати, в современных базах данных фамилия почти не встречается за пределами России и Беларуси, что подтверждает её узколокальный характер. Споров о происхождении корня почти нет: версия с личным именем Жедяй остаётся основной, а попытки связать её с «железом» или «жедью» (устаревшее название меди) лингвисты отвергают из-за отсутствия фонетических переходов.