Фамилия Журютина — редкий пример, где за основу взято не имя, а состояние души. В её центре — мирское имя или прозвище Журюта, которое, скорее всего, восходит к украинскому глаголу «журити» — «грустить, горевать, беспокоиться». Такое имя выполняло охранительную функцию: чтобы уберечь ребёнка от печали, родители нарекали его Журютой, словно отдавая тоску имени, а не человеку. По той же логике в старину называли Ненашем, Некрасом или Бессоном — оберегали от злых сил через отрицание.

Но есть и другая линия. В русских говорах слово «жур» означало овсяный кисель — еду бедняков. Отсюда прозвище Журюта мог получить человек, чей стол был скуден, или тот, кто «журил» — бранил, ворчал, был суров. В северных и сибирских говорах «журить» значило ещё и «медлить, копаться», так что прозвище могло закрепиться за нерасторопным человеком.

Фамилия образована по типичной восточнославянской модели: основа Журют- + суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?»). То есть Журютина — буквально «дочь (или жена) Журюты». В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще встречаются у мужчин, форма на -ин в женском варианте сохранила архаичное окончание и прямо указывает на родство.

Связь с журавлём, которую иногда предполагают, — вряд ли прямая. Журавль по-древнерусски «жеравль», и производные от него дали фамилии Журавлёв, Журавкин, но не Журюта. Скорее всего, это народное переосмысление прозвища, когда непонятное слово «подгоняли» под знакомый образ птицы.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским областям — там, где был в ходу глагол «журити». Встречается она редко, и это как раз тот случай, когда носитель может с уверенностью сказать: предки были либо людьми небогатыми (от «жура» — киселя), либо с характером — ворчливыми, но не злыми, скорее заботливыми в своей суровости.