Фамилия Атенови — редкий случай, когда суффикс многое говорит о происхождении, а основа оставляет простор для догадок. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов/-ев или -ин, форма Атенови несёт отчётливый отпечаток белорусской или украинской ономастики. Суффикс -ович (в русской записи часто упрощённый до -ов) в восточнославянских языках — классический патронимический показатель, означающий «сын такого-то». Но здесь он предстаёт в полной, неусечённой форме: Атенови буквально значит «сын Атена».

Кто такой Атен? Самая прямая версия — это разговорный или диалектный вариант крестильного имени Артемий (в просторечии — Артём). В некоторых говорах начальное «Ар-» могло редуцироваться до простого «А-», а окончание — усекаться, давая форму Атен. Подтверждение этому — фамилия Атенов, которая встречается в русских родословных книгах и традиционно возводится к Артемию. Если принять эту версию, Атенови — белорусский или украинский аналог русской фамилии Артёмов.

Существует и менее вероятная, но допустимая версия: связь с тюркским именем Атен (уменьшительное от Ата — «отец, предок»). Однако географическое распространение фамилии — преимущественно западные регионы бывшей Российской империи (Беларусь, западная Украина, юго-запад России) — говорит в пользу славянского, а не тюркского корня. Тюркские элементы в этих краях редки и обычно имеют другую морфологию.

Социальная история фамилии Атенови прозрачна: патронимы на -ович в XVI–XVIII веках были маркером принадлежности к служилому сословию, шляхте или казацкой старшине. В крестьянской среде такие фамилии закрепились позже, уже после отмены крепостного права, когда полная форма отчества становилась фамилией. Поэтому предки носителя фамилии Атенови могли быть как мелкими дворянами (шляхтичами) в Речи Посполитой, так и государственными крестьянами, взявшими фамилию по отцу.

Сегодня фамилия остаётся малочисленной и сосредоточена в основном в Гомельской и Могилёвской областях Беларуси, а также среди потомков переселенцев в Сибири и на Дальнем Востоке. Она не входит в списки самых распространённых, но её форма — редкий пример сохранения полного патронимического суффикса в русской записи, что делает её ценной для историка языка.