Фамилия Атморский — редкая и неочевидная, и её происхождение приходится буквально собирать по крупицам. Первое, что бросается в глаза, — окончание -ский. Эта модель образования классическая для польской, украинской, белорусской, а позже и русской (преимущественно дворянской и семинарской) среды. В восточнославянском контексте такие фамилии обычно означали принадлежность к местности: «тот, кто из такого-то места». Значит, Атморский — это «человек из Атмор» или «с Атморского».

Где искать этот Атмор? На современных картах России и сопредельных земель населённого пункта с таким названием нет. Он мог исчезнуть — сгореть, обезлюдеть, быть переименованным, или же изначально был небольшим хутором или урочищем. В польском и украинском языках элемент «атм-» мог возникнуть из диалектного произношения. Первая мысль — связать его с тюркским или арабским словом «атма» (лошадь, конь) или «ат» (имя, лошадь). Но тогда фамилия звучала бы скорее как Атмаров или Атманов. Форма на -ский от тюркской основы в славянской среде маловероятна, хотя и не исключена, если предок жил на территории языкового смешения — в Крыму или на Кубани.

Более правдоподобна версия, что Атморский — это вариант фамилии Атмаров или Атманов, переделанный под польскую или южнорусскую моду на -ский. В таком случае основа «Атмар» или «Атмор» могла быть прозвищем. В русских говорах слово «атма» или «отма» фиксируется в значении «обман, хитрость», а «атморный» — «ленивый, неповоротливый» (владимирские, ярославские говоры). Прозвище Атмор могли дать человеку медлительному или, напротив, хитрому. От него и пошла фамилия: сначала Атморов, а потом, при оформлении документов в XIX веке, потомки могли записаться «по-благородному» — Атморские.

Не стоит сбрасывать со счетов и семинарское происхождение. Священники нередко образовывали фамилии от названий церквей, праздников или богословских терминов. Но «Атмор» не похож ни на один из них. Вероятнее, что это землевладельческая или прозвищная фамилия, сохранившаяся в каком-то одном регионе и почти исчезнувшая. Сейчас она встречается единично, в основном в центральных областях России, что подтверждает её локальное и, скорее всего, недворянское происхождение.