Фамилия Бабнищев — яркий пример того, как за привычным и даже неблагозвучным прозвищем может скрываться совсем не тот смысл, который приходит в голову первым. Главная интрига здесь — в слове «бабник», которое легло в основу прозвища Бабнище. В современном языке у этого слова однозначно негативная окраска, но в старину всё было иначе.

Вероятнее всего, прозвище Бабнище было «профессиональным» именованием. От глагола «бабить» или «бабничать» — то есть принимать роды, лечить, знахарствовать. Бабником в русских деревнях называли не ловеласа, а лекаря-травника, повитуху-мужчину или знахаря. Это вполне уважаемое и нужное занятие, так что первый носитель фамилии мог быть именно сельским врачом. Эта версия — основная, она подтверждается диалектным значением слова и логикой русских прозвищ.

Однако язык не терпит однозначности. Существовал и глагол «бабиться» — вести себя по-женски: плакать, трусить, робеть. В этом случае Бабнищем могли прозвать излишне мягкого, чувствительного мужчину. Ещё одно возможное значение — от глагола «бабничаться», то есть нянчиться с детьми, возиться с малышнёй. Такое прозвище мог получить старший сын в большой семье, который присматривал за младшими братьями и сёстрами, пока родители работали.

Менее правдоподобна версия, связывающая фамилию с женским прозвищем. В псковских говорах «бабнищей» называли крупную, неуклюжую или сварливую женщину. Но фамилии, образованные напрямую от женских прозвищ, в русской традиции — редкость, поэтому эта гипотеза уступает первым двум.

Словообразовательная модель проста: к основе «бабнищ» добавился типичный русский патронимический суффикс «-ев», указывающий на принадлежность («чей?» — «сын Бабнища»). Таким образом, Бабнищевы — это потомки человека, которого в своё время прозвали Бабнищем, и это прозвище, скорее всего, указывало на его ремесло знахаря или, реже, на особенность характера.