Фамилия Барбаумов — редкий пример, где русский суффикс -ов встретился с немецко-еврейской основой. Сначала появилось прозвище Барбаум, которое затем оформили по славянской модели: добавили типичный для русских фамилий суффикс принадлежности. Так что перед нами не немецкая фамилия в чистом виде, а гибрид, адаптированный на восточнославянской почве.

Само прозвище Барбаум складывается из двух немецких корней: bar — «голый, обнажённый» и Baum — «дерево». Буквально — «голое дерево». Скорее всего, так называли человека за какую-то внешнюю или поведенческую особенность, связанную с этим образом. Например, за высокий рост и худобу, за лысину или за суровый, «лишённый листвы» нрав. Вряд ли прозвище было связано с конкретным деревом — скорее, с метафорой.

Такие «составные» фамилии, где два немецких слова сливаются в одно, характерны для ашкеназских евреев, особенно в XVIII–XIX веках, когда в Австро-Венгрии и Германии евреям предписывали брать фамилии. По той же модели появились Вейценбаум («пшеничное дерево»), Цигенбаум («козье дерево») или Левенфиш («рыба-лев»). Барбаумов стоит в этом же ряду: основа — искусственное прозвище, придуманное чиновником или выбранное самим носителем, а окончание -ов добавили уже в России, когда фамилию вписывали в метрики.

О точном месте и времени появления фамилии говорить сложно, но логично предположить, что её принесли в Российскую империю переселенцы из немецкоязычных земель или из Царства Польского. Встречаемость фамилии сегодня — низкая, что подтверждает её нестандартное происхождение.