Фамилия Беломесцев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, не угадывается с первого взгляда. В ней отчётливо слышны два корня: «бел-» (белый) и «мес-» (место). Казалось бы, напрашивается версия о человеке, жившем на «белом месте» — то ли на возвышенности, не заливаемой водой, то ли на расчищенном от леса участке. Однако такая прямолинейная трактовка разбивается о суффикс.

Ключ к разгадке — в модели образования. Фамилия построена по схеме «прилагательное + существительное + суффикс -ев». Это типично для прозвищ, которые описывали человека через его занятие или характерный предмет. Сравните: Кривошеев (кривая шея), Сухоруков (сухая рука). Значит, в основе Беломесцева лежит не географический объект, а конкретный человек, получивший прозвище Белый Местец.

Слово «местец» в старину имело два значения. Первое — уменьшительное от «место» (небольшой участок). Второе, профессиональное, — инструмент: резец, долото, которым работали по дереву или камню. Именно второе значение и даёт убедительную версию. Прозвище Белый Местец мог получить столяр или резчик, который использовал инструмент с побеленной (наточенной до блеска) рабочей частью, либо мастер, делавший особо чистую, «белую» работу — без сколов и заусенцев. В говорах слово «белый» нередко означало «чистый, искусный».

Суффикс -ев указывает на принадлежность: Беломесцев — сын Белого Местца. Фамилия закрепилась в форме притяжательного прилагательного, что характерно для русского севера и центральных областей. Встречается она преимущественно в двух регионах: на Урале (в Пермском крае) и в Поволжье (в Самарской области). Такая география типична для фамилий, образованных от прозвищ ремесленников, — носители расселялись вместе с промыслом.

Встречается вариант написания с одной «с» — Беломецев. Он мог возникнуть из-за упрощения в произношении (двойная «с» перед «ц» звучит неотчётливо) либо из-за ошибки писаря. Однако исходная форма с двумя «с» (от «местец») филологически верна.

Таким образом, предок современных Беломесцевых был не просто жителем «белого места», а человеком с руками мастера — возможно, плотником или резчиком по дереву, чей инструмент (местец) славился остротой и чистотой работы.