Фамилия Безлюдная — редкий случай, когда основа прозвища сохранилась почти без изменений. Она образована от прилагательного «безлюдный» с помощью суффикса притяжательности, но не самого частого. В русской традиции фамилии на -ой (как Толстой, Босой) обычно закреплялись за прозвищами-характеристиками, а не за отчествами. Безлюдная — женская форма, мужская соответственно — Безлюдный. Строго говоря, это не столько фамилия в привычном «крестьянском» виде (на -ов, -ин), сколько адъективная модель, которая встречается у выходцев из южнорусских и украинских земель, где такие формы держались дольше.

Семантика прозвища прозрачна: «безлюдный» — либо место, где нет людей, либо человек нелюдимый, замкнутый, избегающий общества. Вряд ли прозвище давали за пустынную местность — скорее за характер. В ономастике известен принцип называть человека по отсутствующему у него качеству в ироничном ключе: Безлюдным могли окрестить молчуна или того, кто жил отшельником. Менее вероятна, но возможна версия, что прозвище закрепилось за переселенцем из глухого, малолюдного урочища.

Фамилия не массовая, в дореволюционных переписях встречается спорадически. В словаре Веселовского «Ономастикон» есть упоминание Безлюда как прозвища XVI века, что подтверждает древность корня. В отличие от фамилий Бездетный или Безрукий, где основа ясна сразу, Безлюдная интересна тем, что её носитель вряд ли был буквально одинок — скорее, так его дразнили в многолюдной общине. Никакого сословного барьера у фамилии нет: её могли носить и крестьяне, и казаки, и мещане, но почти всегда — на юге России или в Малороссии.