Фамилия Блахнин — один из тех случаев, когда на слух угадывается иноязычная основа, а на письме сбивает с толку редкий суффикс. Вопреки первому впечатлению, корень здесь не «блоха» и не «блажь». Разбираем по косточкам.

Основа фамилии — прозвище Блахня. В русских говорах слово «блахня» фиксируется в двух значениях. Первое — «пустомеля, болтун, хвастун» (от общеславянского «блахъ» — пустой, вздорный). Второе, диалектное, — «бродяга, шатун». Оба значения вполне могли дать прозвище человеку с соответствующим характером или образом жизни. Модель образования проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), то есть Блахнин — сын Блахни, потомок человека с таким прозвищем.

Однако самое интересное — не корень, а суффикс. В русских фамилиях на -ин обычно закрепляется за основами на -а/-я (Блохин, Благинин). Но форма Блахнин с двойным «н» — редкость. Она могла возникнуть из-за того, что прозвище Блахна (с ударением на второй слог) склонялось как существительное мужского рода на -а, а патронимический суффикс -ин просто «прирос» к конечному «н» основы. Либо это результат поздней письменной фиксации, когда переписчик или сам носитель удвоил букву для благозвучия, как в фамилиях Смирнов — Смирновский.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским областям, где диалектное «блахня» было в ходу. Встречается она нечасто, что подтверждает её локальное происхождение — скорее всего, от одного прозвища, закрепившегося в конкретной семье. Дворянских родов с такой фамилией нет, сословно это крестьянская или мещанская среда: прозвища давали в быту, а в документы они попали при переписях XVII–XIX веков.

Известных носителей в истории не прослеживается, что типично для фамилий, образованных от диалектных прозвищ без «высокой» литературной фиксации. Зато это делает Блахнина ценной находкой для локальной генеалогии: каждый носитель — прямая нить к конкретному говору и укладу жизни предков.