Фамилия Бонжуков звучит на русский лад, но её основа явно выбивается из ряда привычных «Ивановых» или «Кузнецовых». Разгадка кроется в суффиксе -ов, который указывает на принадлежность: «чей?» — Бонжуков. Значит, в основе лежало прозвище или имя Бонжук. Само слово «бонжук» — это русифицированная форма французского bonjour («добрый день»). Такие «иностранные» прозвища в России давали не случайно, а с насмешкой или по обстоятельствам.

Скорее всего, предок носителя этой фамилии получил прозвище Бонжук за манеру щеголять французскими словечками. В XVIII–XIX веках в дворянской и купеческой среде было модно копировать французский этикет, и человека, который слишком старался показать себя европейцем, могли иронично окрестить Бонжуком. Но есть и другая, более прозаичная версия: так могли прозвать крепостного слугу, работавшего в барском доме, где от него требовали говорить по-французски при приёме гостей. В любом случае, прозвище было ярким и запоминающимся, поэтому легко закрепилось как фамильное имя.

Модель образования типична для центральных и южных регионов России: основа + суффикс -ов. Встречается и вариант Бонжуковский — с польским или украинским оттенком, но он гораздо реже. Примечательно, что фамилия Бонжуков почти не имеет однокоренных «собратьев» в русском ономастиконе: нет ни Бонжукиных, ни Бонжуковых. Это говорит о том, что прозвище было штучным, единичным, и фамилия осталась локальной, не размножившись по разным ветвям рода.

В словарях русских фамилий, например у Б. Унбегауна, подобные случаи (Парижов, Лондонов) описаны как редкие, но показательные: они отражают культурные веяния эпохи. Бонжуков — не просто фамилия, а языковой след моды на всё французское, которая в своё время захлестнула Россию и оставила такие вот неожиданные отпечатки в фамильном фонде.