Фамилия Брюнцова — яркий пример того, как за привычным окончанием может скрываться несколько совершенно разных историй. Словообразовательная модель проста: к основе «Брюнц-» добавили типичный русский суффикс принадлежности «-ов», а финальное «-а» указывает на женскую форму. Мужской вариант — Брюнцов. Вопрос в том, что же лежит в основе.

Первая и самая логичная версия ведет к прозвищу Брюнец. В русских говорах был глагол «брунеть» — звучать, издавать гул, гудеть. От него и могло появиться прозвище для человека с громким, низким голосом. Но это не просто бытовая черта: Брюнцем скорее всего называли звонаря или музыканта. В церковном обиходе и народной культуре такие прозвища давали по роду занятий, так что предок Брюнцовых вполне мог работать при колокольне или играть на каком-либо инструменте.

Вторая версия — иноязычная. Фамилия Брюнцова могла возникнуть как русифицированный вариант немецкой фамилии Brunz. Немецкий корень «bruna» означает «коричневый». В этом случае прозвище Брюнец (или Брюнц) изначально указывало на цвет волос или кожи — смуглого, темноволосого человека. Такие прозвища давали по внешнему признаку, и они легко приживались в среде смешанного населения, особенно на западных рубежах России или среди переселенцев.

Обе гипотезы имеют право на существование, но первая — с глаголом «брунеть» и музыкальным подтекстом — выглядит более органичной для русской почвы. Немецкая версия возможна, но она объясняет скорее сам корень, а не способ его адаптации.

В любом случае, прозвище Брюнец закрепилось за человеком как основное именование, а со временем его дети и внуки стали Брюнцовыми. Так фамилия, передаваясь из поколения в поколение, сохранила память о предке — либо о его звонком ремесле, либо о приметной внешности.