Фамилия Бутманов — яркий пример того, как в русской фамилии застыло не имя и не профессия, а прозвище, звучащее сегодня необычно. Её основа — слово «бутман». В русских говорах «бу́тман» (или «бу́тмен») — это не человек, а сосуд: большая кадка, ушат или деревянная посудина для воды, кваса или засола. Корень здесь тот же, что и в слове «бутыль», «бутара» (от греческого через тюркские языки). Человек с таким прозвищем мог получить его за дородность, полноту — его сравнивали с крупной кадкой. Но возможен и другой, бытовой сценарий: прозвище дали бондарю, который делал такие бутманы, или хозяину, который торговал этой утварью.

Суффикс -ов указывает на стандартную русскую патронимическую модель XVI–XVII веков: «чей?» — Бутманов сын, то есть потомок человека по прозвищу Бутман. Фамилия эта редкая и «молодая» в том смысле, что, скорее всего, оформилась позже, чем фамилии от крестильных имён (Иванов, Петров). Она не попала в списки московского боярства и дворянства, а бытовала в среде крестьян, посадских людей, ремесленников. Географически фамилия тяготеет к северным и центральным губерниям России — Вологодской, Вятской, Костромской, где слово «бутман» было в ходу и где бондарный промысел был распространён.

Интересно, что фамилия Бутманов стоит в одном ряду с такими редкими «ёмкостными» фамилиями, как Кадников, Бочкарёв, Ушатов. Но если Бочкарёв прямо указывает на ремесло, то Бутманов более загадочен: он мог быть и прозвищем по внешности, и указанием на занятие предка. Однозначно сказать, какая из версий верна для конкретной семьи, уже невозможно — слишком мало письменных источников донесло до нас живую речь тех времён. Но сама необычность основы делает фамилию запоминающейся и непохожей на типовые.

Стоит отметить, что фамилия не имеет отношения к еврейским фамилиям на -ман (типа Зальцман, Гольдман), хотя внешне похожа. Русский «бутман» — слово чисто бытовое, славянское по бытованию, хоть и заимствованное. Так что носитель фамилии Бутманов с высокой вероятностью происходит из среды русских ремесленников или крестьян, где его предка прозвали за сходство с кадкой или за мастерство делать эти самые кадки.