Фамилия Бутылкин — одна из тех, что образована от прозвища, а не от крестильного имени. Это сразу говорит нам, что в её основе — не церковная традиция, а бытовая, уличная характеристика человека. Прозвище Бутылка могло закрепиться за предком по нескольким причинам, и все они связаны с разными сторонами жизни.

Самое очевидное объяснение — от слова «бутылка» как стеклянного сосуда для вина. В этом случае прозвище давали либо виноделу, либо тому, кто был замечен в неумеренном употреблении. Но здесь есть важный нюанс: не стоит сразу думать только о пьянице. В старину прозвища часто давали по профессии, а изготовление и продажа вина были делом уважаемым и прибыльным. Поэтому первый носитель прозвища мог быть вполне зажиточным ремесленником или торговцем.

Гораздо интереснее другая, менее известная версия, которую часто упускают. Слово «бутылка» в некоторых говорах и профессиональной среде означало не сосуд, а «ящик, в который идет до 50 пудов руды». Это прямо указывает на горное дело. Прозвище Бутылка мог получить рудокоп или человек, занятый на транспортировке руды. Эта версия особенно правдоподобна для регионов Урала и Сибири, где добыча полезных ископаемых была основным занятием.

Наконец, есть и третья, сугубо региональная версия, которую стоит учитывать. В Сибири словом «бутыл» называли грубую, просторную обувь — бахилы или бродни. Прозвище Бутылка могло закрепиться за тем, кто носил такую обувь, а чаще — за сапожником, который её шил. Это связывает фамилию с крестьянским или ремесленным бытом, далёким от виноделия и рудников.

Фамилия образована по стандартной русской модели с суффиксом -ин, что указывает на принадлежность: «чей?» — «сын Бутылки». То есть Бутылкины — это прямые потомки человека по прозвищу Бутылка. Выбрать одну версию из трёх сложно: все они имеют право на существование. Но если опираться на редкость и специфичность, именно «горная» версия с ящиком для руды выглядит наиболее необычной и точной, так как связывает фамилию с узким профессиональным кругом, а не с бытовым пьянством.