Фамилия Бъздюкин с точки зрения словообразования — это типичная русская фамилия на -ин, образованная от прозвища или имени, оканчивающегося на -а/-я. Основа здесь — Бъздюк-, что сразу наводит на мысль о корне, связанном с физиологическим процессом. Действительно, в основе лежит древнерусское слово «бъздѣти» (пускать газы), от которого образовалось прозвище Бъздюк — человек, которого так окрестили за соответствующую привычку или, возможно, за насмешливый, «ветреный» характер. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Бъздюка.

В отличие от более распространённой фамилии Бездюкин, где корень могли переосмыслить как «без дюка» (от тюркского «дюк» — торговец), написание через «ъ» (ер) в корне — архаичное и редкое. В дореволюционной орфографии твёрдый знак писали после согласных на конце слов, но внутри корня он сохранился как реликт: слово «бъздюк» фиксируется в диалектах. Это говорит о том, что фамилия могла закрепиться в письменных источниках довольно рано, ещё до реформы орфографии 1918 года, и не подверглась «осовремениванию» в «Бездюкин».

Географически фамилия Бъздюкин встречается крайне редко. Основные очаги — северные и центральные области России, где диалекты дольше сохраняли старые формы. В переписях и метрических книгах XIX века такие прозвища не были редкостью среди крестьян и посадских людей: их давали без злого умысла, а по внешнему признаку или поведению. Предок носителя фамилии, скорее всего, был простым крестьянином или ремесленником, а прозвище закрепилось за его потомками как родовое имя.

Интересно, что при разборе фамилии часто всплывает версия о связи с тюркским словом «буздык» (испорченный, сломанный) — но она маловероятна. Фонетика и написание с «ъ» указывают на славянский корень, а не на заимствование. В ономастических работах (например, в словаре В. А. Никонова) подобные «неблагозвучные» фамилии рассматриваются как маркеры народной традиции именования, где прямота и бытовая меткость ценились выше эвфемизмов. Поэтому Бъздюкин — это не аномалия, а живой след древней языковой культуры, где слово не стеснялось своего звучания.