Фамилия Чардин — одна из тех, где прозрачная основа сразу даёт подсказку, но окончательный ответ зависит от того, какой смысл вкладывали в слово «чарда» в конкретной местности. Скорее всего, перед нами не географическое название вроде Чардыма или Чардыни, а прозвище, связанное с тюркским словом «чарда» — «шалаш», «балаган», «временное жильё». В русских говорах Поволжья и Приуралья это слово закрепилось именно в таком значении: чардой называли лёгкую постройку, охотничий стан или даже лавку на базаре. Отсюда и прозвище Чарда — человек, живший в шалаше, либо торговец, державший ларёк.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Чардин, то есть сын или потомок Чарды. Модель типична для фамилий, образованных от прозвищ на -а: Чардин стоит в одном ряду с Кожин, Шубин, Кузьмин. Важно, что ударение в фамилии падает на первый слог — Чáрдин, что характерно для севернорусских и уральских говоров, где ударение в таких фамилиях часто смещается на корень.

География фамилии подтверждает эту версию. Чардины — нечастая фамилия, но её очаги встречаются в Пермском крае, Кировской области и на Среднем Урале. Именно в этих краях слово «чарда» бытовало в бытовой речи, а тюркские заимствования были обычны из-за контактов с татарами и башкирами. Есть и более редкая версия: от диалектного «чарда» — «болотистое место», «топь». Но она слабее, потому что прозвища от ландшафтных терминов обычно оформляются суффиксом -ин реже, чем от названий построек или занятий.

Таким образом, предок носителя фамилии Чардин, вероятнее всего, не был владельцем замка или знатной усадьбы. Его прозвище указывает на скромный быт: либо он жил во временном жилье, либо торговал с лотка. Фамилия сохранила память о слове, которое сегодня почти вышло из живого языка, но в XVIII–XIX веках было вполне обычным в северном и уральском просторечии.