Фамилия Черкасец — редкий случай, когда географическое прозвище сохранилось не в привычной форме на -ов или -ин, а с уменьшительным суффиксальным оформлением. Основа здесь прозрачна: «черкас» или «черкасец» — так в XVI–XVII веках на Руси называли выходцев с территории современной Украины, прежде всего запорожских казаков. Слово «черкасы» в старых документах часто обозначало именно украинских казаков, а не жителей города Черкассы, хотя и то, и другое восходит к одному корню.

Модель образования фамилии нестандартна. Если бы прозвище просто перешло в фамилию без изменений, мы бы имели Черкас или Черкасов. Суффикс -ец здесь выполняет двоякую роль: он либо подчёркивает принадлежность к определённой группе («черкасец» — тот, кто из черкасов), либо, что вероятнее, является остатком прозвищной формы, застывшей в именительном падеже. Такие фамилии — Черкасец, Молодец, Купец — встречаются реже, чем патронимические на -ов, и часто указывают на прямое прозвище, данное человеку за связь с той или иной средой.

Исторический контекст важен: в XVI–XVII веках черкасы активно переселялись на южные окраины Русского государства, участвовали в охране границ от крымских татар. Прозвище «Черкасец» мог получить либо сам переселенец с Украины, либо русский служилый человек, долго живший среди черкасов или перенявший их обычаи. В документах Разрядного приказа встречаются упоминания «черкас» как особой категории служилых людей, и фамилия могла закрепиться за целым родом, который вёл происхождение от такого переселенца.

Географически фамилия Черкасец тяготеет к южнорусским областям — бывшим территориям Слобожанщины и Дикого Поля (современные Белгородская, Воронежская, Курская области). Там, где в XVII веке оседали украинские переселенцы, фамилия встречается чаще, чем в северных регионах. Встречаются и варианты написания — Черкасов, Черкашин, но Черкасец сохранил архаичную форму, не подвергшуюся стандартной русификации через суффикс принадлежности.

В современной ономастике фамилия Черкасец — пример того, как прозвище по этнической или территориальной принадлежности застыло в первоначальной форме, минуя типовые модели. Носитель такой фамилии с высокой вероятностью имеет предков из числа служилых людей южного порубежья или казаков, перешедших на русскую службу.