Фамилия Чертоганов — редкий случай в русской ономастике, где корень слова почти не изменился за столетия, а значение осталось прозрачным даже для современного уха. В её основе лежит слово «чертог» — в древнерусском языке так называли великолепное здание, дворец, палату. Это не бытовая, а книжная лексика, восходящая к церковнославянскому, что сразу выделяет фамилию из ряда прозвищ по ремеслу или внешности.

Образована она по стандартной патронимической модели с суффиксом -ов, то есть буквально означает «сын Чертогана». Но вот прозвище Чертоган — тут и начинается главный вопрос. В говорах суффикс -ан мог придавать слову оттенок увеличительности или иронии: «чертоган» — это не просто чертог, а нечто грандиозное, может быть, даже неуклюже-большое. Вполне вероятно, что так в насмешку прозвали человека, который жил в богатом доме или слишком гордился своим жильём, либо, наоборот, того, кто строил или прислуживал в княжеских палатах.

Вторая версия, менее очевидная, но тоже возможная: прозвище могло возникнуть от диалектного глагола «чертогать» — в некоторых регионах так говорили про шум, грохот или резкие, размашистые движения. Тогда Чертоган — человек суетливый, громкий, «грохочущий». Однако эта гипотеза слабее, поскольку глагол плохо зафиксирован в письменных источниках, а слово «чертог» в основе лежит на поверхности.

Фамилия редкая, в исторических документах встречается эпизодически, преимущественно в центральных и южнорусских губерниях — там, где было сильно влияние церковнославянской книжности. Среди дворянства Чертогановы не отмечены, что указывает на крестьянское или мещанское происхождение: прозвище дали не по гербу, а по бытовой или ироничной характеристике. В советское время фамилия почти не фиксировалась в крупных городах, но сохранилась в сёлах — возможно, из-за неблагозвучного созвучия с «чёртом» люди меняли её на более нейтральные варианты.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Чертоганов стоит особняком. Есть Чертковы (от уменьшительного Чертко), Чертополоховы (от названия растения) — но Чертоганов явно образован от книжного, а не народного слова. Это делает его своеобразным памятником русской речи: человек, носивший такое прозвище, был либо причастен к чему-то величественному, либо высмеивал это величие.