Фамилия Червев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка было не обидным, а профессиональным или иносказательным. Вопреки первому впечатлению, напрямую связывать её с «червём» в значении «ничтожество» или «паразит» не стоит: в русских говорах слово «червь» (или «червец») имело конкретное ремесленное значение — так называли насекомое, из которого добывали красную краску (червлень, червлёный — то есть багряный, алый). Отсюда же пошло и название профессии: «червец» — красильщик, который работал с этой дорогой краской, или, возможно, сборщик червецов для её производства.

По модели образования фамилия типична для северных и центральных областей России: суффикс -ев указывает на притяжательное значение («сын Червя» или «из семьи Червя»). Основа здесь — не церковное имя, а прозвище, закрепившееся за человеком по роду занятий. В ономастике это хорошо известный случай: фамилии типа Красильников, Багров, Червлёнов идут из той же среды, но Червев стоит особняком, потому что его корень не так прозрачен для современного уха.

Вторая, менее вероятная версия связывает фамилию с диалектным словом «черва» — так в псковских и тверских говорах называли утробу, внутренности, а иногда и брюхо. В этом случае прозвище Червец мог получить полный, дородный человек. Однако в пользу «красильной» гипотезы говорит то, что фамилия Червев встречается в документах XVII–XVIII веков именно в тех регионах, где было развито ремесло окраски тканей — например, в Ярославской и Костромской губерниях.

Встречается и вариант написания с буквой «ё» — Чёрвев. Это не отдельная фамилия, а орфографическая вариация, возникшая из-за того, что в старых документах ударение в слове «червь» могло падать на первый слог. В современных справочниках фамилия фиксируется как крайне редкая, и её носители, скорее всего, потомки ремесленников-красильщиков, а не тех, кого дразнили червяком.