Далбаебищенский — одна из тех фамилий, где форма сразу бросается в глаза, а смысл приходится собирать по крупицам. На слух она кажется громоздкой, почти искусственной, но за ней стоит прозрачная словообразовательная модель, характерная для восточнославянских фамилий конца XVIII — XIX века.

Разбираем по частям. Основа «Далбаеб-» — это, скорее всего, искажённое или диалектное прозвище. В нём слышится два корня: «далб-» (от «долбить» — выдалбливать, работать долотом) и «-еб-» (от общеславянского корня, связанного с действием, часто грубого или интенсивного характера). Вместе прозвище «Далбаёб» могло означать человека, который «долбит одно и то же», упрямца или того, кто занимается тяжёлой, монотонной работой — например, плотника или каменотёса. В русских говорах такие составные прозвища с глагольной основой не редкость: они давались за характер или манеру поведения.

Суффикс «-ищ-» в середине слова — редкий и показательный. Обычно он указывает на увеличение или принадлежность к месту: «дворище» (большой двор или место, где был двор). В фамилиях он встречается реже, но здесь мог играть роль усилителя или указывать на прозвище по отцу: «Далбаёбище» — сын или потомок Далбаёба. Финальный «-енский» — типичный фамильный суффикс для польской, украинской и южнорусской традиции. Он образует притяжательные фамилии от прозвищ или названий мест: Далбаёбище + -енский = «принадлежащий к роду Далбаёбищей».

Географически фамилия могла закрепиться на западе или юге России, где такие суффиксы распространены, — в Черниговской, Полтавской или Смоленской губерниях. В официальных документах XIX века прозвище могли «облагородить», добавив суффикс, чтобы оно звучало как дворянское или шляхетское, хотя на деле носители могли быть государственными крестьянами или однодворцами.

Сравните с однокоренными фамилиями: Долбилов, Долбнёв, Далбаев. «Далбаебищенский» стоит особняком — из-за двойного суффикса и громоздкой конструкции. В современных базах данных она встречается редко, что говорит о локальном происхождении и небольшом числе носителей. Если верить архивным записям, основная версия — прозвище за манеру работы или упрямство, перешедшее в фамилию через отчество.