Происхождение
Фамилия Диженина
Фамилия Диженина — яркий пример того, как редкое прозвище, почти исчезнувшее из живого языка, сохранилось в фамилии. В её основе лежит не имя и не профессия, а, скорее всего, старое диалектное слово, связанное с действием или характером человека.
Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»). Диженина — значит «дочь или жена Дижени». Мужская форма фамилии — Диженин. Если бы фамилия заканчивалась на -ов, мы бы искали корень в имени или названии животного на -о (Волк — Волков). Суффикс -ин чаще прикрепляется к основам на -а/-я (Гриша — Гришин, Сорока — Сорокин). Значит, исходное прозвище звучало как Диженя.
Что могло означать слово «диженя»? Самая правдоподобная версия отсылает к глаголу «дижать» или «дыжать» — в некоторых южнорусских говорах так называли человека, который тяжело, шумно дышит, пыхтит, особенно во сне или от усталости. Соответственно, Диженя — прозвище человека с таким дыханием, либо того, кто часто запыхивался. Это не оскорбление, а бытовая характеристика, которая легко приклеивалась в сельской общине.
Менее вероятная, но филологически возможная версия — связь с диалектным «дига» или «дыга» (неуклюжий, неловкий человек). В этом случае «диженя» могло быть ласкательной или уменьшительной формой (с суффиксом -еня, как «рыженя» — рыжий). Однако версия с дыханием встречается в ономастических работах по русским фамилиям чаще, так как у неё есть прямая глагольная параллель.
Встречаемость фамилии крайне низкая. Основные очаги — Тверская и Псковская области, что косвенно подтверждает северо-западное происхождение и связь с местными говорами. В документах XVIII–XIX веков носители фамилии Диженин (Диженина) числились в основном среди крестьян и мещан. Дворянского происхождения у этой фамилии нет — она чисто народная, прозвищная.
Таким образом, предок современных Дижениных, скорее всего, получил своё прозвище за особенность дыхания — возможно, он был тучен, страдал одышкой или просто имел привычку громко сопеть. Фамилия сохранила это бытовое слово, которое без неё уже почти забыто.