Фамилия Драпиковская — одна из тех, чья основа на первый взгляд кажется прозрачной, но при ближайшем рассмотрении ставит перед исследователем неожиданный выбор. Ключевой вопрос здесь: что лежит в корне — общеупотребительное слово или редкое прозвище?

Самая очевидная версия отталкивается от слова «драпик» — уменьшительной формы от «драп» (плотная шерстяная ткань). В этом случае прозвище Драпик могли дать портному, торговцу сукном или человеку, который ходил в дорогой драповой одежде. Суффикс -овск-/-евск- в женском окончании -ая указывает на типичную модель образования польских, белорусских или западнорусских дворянских фамилий: сначала возникло родовое имя Драпиковский (от Драпик), а затем его женская форма. Если следовать этой логике, предок носительницы фамилии мог быть мелким шляхтичем или зажиточным ремесленником, владевшим поместьем или двором, который называли «Драпиково» или «Драпики».

Однако есть и второй, более редкий путь. В некоторых южнорусских и украинских говорах «драпік» или «драпик» могло означать «царапка», «задира» — прозвище для драчливого или сварливого человека. В этом случае фамилия образована не от ремесла, а от черты характера, и её социальный статус изначально был ниже — скорее крестьянским или казачьим.

Спор между этими версиями решается в пользу «ткацкой» — по двум причинам. Во-первых, модель на -овский/-евский в большинстве случаев указывает на владельческое или географическое происхождение (от названия места), а не на прямое прозвище. Во-вторых, для прозвища «драпик» в значении «задира» есть более распространённые синонимы (Драчун, Задира), тогда как связь с тканью даёт уникальную профессиональную привязку. Фамилия Драпиковская — редкий пример, когда за внешне простым словом стоит не бытовое прозвище, а, скорее всего, указание на занятие предка в текстильном деле, о чём сегодня напоминает лишь суффикс и окончание.