Фамилия Голядинец — редкий пример, когда географическое прозвище почти наверняка перевесило личное имя. Её основа — «голядь», древнее балтское племя, которое в летописях упоминается в связи с XII веком и территорией современной Московской области, по реке Протве. Если человек носил прозвище Голяда или Голядин, это прямо указывало на его происхождение: либо он сам был выходцем из этой исчезнувшей этнической группы, либо жил на земле, где память о голяди сохранилась в топонимах.

Суффикс «-ец» в фамилии — типичный для восточнославянских прозвищ, обозначающих жителя местности или выходца оттуда. Сравните: Могилевец (из Могилёва), Донец (с Дона). То есть Голядинец — это «человек из голяди» или «потомок голядина». Такая модель образования фамилии встречается реже, чем патронимические «-ов» или «-ин», что делает её более локальной и старой по духу.

Версия, что корень мог пойти от диалектного «голяда» — голытьба, беднота, — менее вероятна. Слово «голядь» (племя) имеет устойчивую историческую фиксацию, а «голяда» в значении «бедняк» — скорее поздняя народная этимология, не подкреплённая ономастическими словарями. К тому же фамилия Голядинец явно тяготеет к западнорусским и белорусским землям, где память о балтском субстрате была сильнее.

Встречаемость фамилии сегодня — низкая, что подтверждает её узкую территориальную привязку. Носители Голядинца, скорее всего, потомки крестьян или однодворцев из южных районов Смоленщины или Брянщины, где в XVI–XVII веках ещё бытовали прозвища по этнонимам. Фамилия не даёт подсказок о дворянском происхождении: в родословных книгах она не значится, а значит, осталась в среде простого люда.