Фамилия Говрилов — наглядный пример того, как народная фонетика меняет облик даже самых распространённых имён. В её основе лежит каноническое крестильное имя Гавриил (в переводе с древнееврейского «моя сила — Бог»), но в просторечии оно звучало как Гаврила, а затем и Говрила. Переход «а» в «о» под ударением в некоторых русских говорах — явление известное, именно оно и дало форму Говрил.

По модели образования это типичная «патронимическая» фамилия, то есть отчество, застывшее в третьем поколении. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Говрилов буквально означает «сын Говрилы» или «потомок Говрилы». В документах XVII–XVIII веков встречаются оба варианта написания — и Гаврилов, и Говрилов, причём второй не был ошибкой, а отражал реальное произношение в северных и центральных губерниях России.

Интересно, что фамилия Говрилов — не просто фонетический дубль Гаврилова. В некоторых регионах, особенно в бывших новгородских землях, форма «Говрила» была настолько привычной, что считалась основной. Поэтому носители фамилии Говрилов — это не обязательно люди, чьи предки неверно записали фамилию в ревизских сказках; скорее, они сохранили архаичный говор своей местности.

Сословный состав у Говриловых был пёстрым. Как и многие фамилии от крестильных имён, она встречалась и среди крестьян, и среди купцов, и среди духовенства. В XIX веке Говриловы фиксируются в Тверской, Ярославской, Вологодской и Архангельской губерниях — как раз в зоне распространения «оканья». Редкий, но показательный штрих: в некоторых переписных книгах XVIII века попадаются Гавриловы, а их дети уже записаны как Говриловы — фамилия закреплялась на слух, а не по церковной книге.

Таким образом, фамилия Говрилов — не искажение, а живое свидетельство диалектной истории русского языка. Она говорит о том, что предки её носителей говорили на одном из северных или среднерусских говоров, где оканье было нормой, а имя Гавриил звучало мягче и по-свойски.