Фамилия Граустин — редкий случай в русском ономастиконе, и её происхождение неочевидно. В ней слышится немецкое или прибалтийское звучание, но суффикс -ин указывает на то, что перед нами типичная русская патронимическая модель: «чей?» — «Граустин», то есть сын или потомок человека по прозвищу или имени Грауст.

Самая вероятная версия связывает основу с немецким словом «Grau» — серый. В немецких фамилиях «Grau» или «Graus» не редкость: так могли прозвать человека за цвет волос, одежды или за угрюмый, «серый» нрав. Однако в русском быту немецкое прозвище могло обрасти славянским суффиксом -ин, что и дало форму «Граустин». Второй элемент «-ст» может быть искажением или опрощением: в немецком варианте «Graustein» означает «серый камень» — возможно, фамилия изначально была топонимической, от названия местности или дома (например, в Восточной Пруссии). Но в русской среде сложное слово сократили до более привычного «Грауст», а затем русифицировали.

Менее правдоподобна, но возможна связь с латышским или литовским корнем: «grausts» по-латышски — «глыба», «обломок». В таком случае прозвище могло относиться к крепкому, массивному человеку. Однако географически фамилия Граустин почти не встречается в Прибалтике, что снижает вес этой гипотезы.

С точки зрения социальной истории, носитель фамилии Граустин в XIX веке с высокой вероятностью относился к мещанам или крестьянам. Суффикс -ин в русских фамилиях чаще всего получали те, чьё прозвище оканчивалось на согласный или -а. Если предок был выходцем из немецких колонистов (например, в Поволжье или под Петербургом), то фамилия могла закрепиться в документах уже в русифицированной форме. В любом случае, это не дворянский род и не купеческая династия — таких фамилий в «Бархатной книге» нет.

В современной России Граустины встречаются единично, в основном в центральных областях и на Урале, что подтверждает версию о позднем переселении или обрусении немецкой фамилии. В словарях Б. Унбегауна и В. Никонова эта фамилия не упоминается — она слишком редка, чтобы попасть в фундаментальные труды. Поэтому точное значение можно установить лишь по семейным преданиям или архивным записям конкретной ветви.