Фамилия Громидонова — редкий пример, где за основу взято не имя, не профессия, а глагольная форма с яркой эмоциональной окраской. В её основе лежит прозвище Громидон, которое, скорее всего, образовано от повелительного наклонения глагола «громить» и слова «дон». В древнерусском языке «дон» могло означать «река» (от иранского «дону» — вода, река), но в прозвищах чаще выступало как часть составного имени или насмешливого сравнения. Таким образом, Громидон — это «громи, как Дон», то есть человек, который «громит» подобно бурной реке, или, в переносном смысле, буян, задира, обладающий неукротимой силой.

Суффикс -ов- в фамилии Громидонова указывает на типичную русскую модель образования: так называли по отцу. Первоначально Громидонов — это «сын Громидона». Женская форма Громидонова закрепилась за носительницей, но исторически восходит к тому же мужскому прозвищу. Встречаются варианты с ударением на первый слог (Гро́мидонова) и на третий (Громидо́нова), что связано с диалектными особенностями произношения.

География фамилии узкая. Основные очаги — южные регионы России (Курская, Белгородская, Ростовская области) и прилегающие территории Украины (Харьковщина, Донбасс). Это не случайно: корень «дон» в прозвищах чаще встречался в местах, связанных с рекой Дон или с донским казачеством. Казаки любили образные, боевые прозвища, и Громидон могло быть дано человеку, отличавшемуся в набегах или кулачных боях.

В отличие от фамилий вроде Громов или Громилин, где основа просто указывает на громкий звук или свойство, Громидонова — это глагольная конструкция, приказ или пожелание. Она стоит в одном ряду с такими прозвищами, как Урвихвост, Дериглаз или Паливода, но звучит более эпично, отсылая к масштабу стихии. В документах XVII–XVIII веков подобные «глагольные» фамилии встречались редко и обычно принадлежали не знати, а крестьянам, однодворцам или казакам, где прозвище могло закрепиться за целым родом.

Сегодня фамилия остаётся малочисленной. По данным современных переписей, её носителей — не более нескольких сотен человек в России, и большинство из них — женщины. Это делает Громидонову не просто редкой, а уникальной по способу образования: она сохранила в себе живую, почти былинную картину — человека, который «громит Дон», то есть действует с размахом и силой реки.