Фамилия Иереевы — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не ремесло, а церковный сан. Корень здесь — слово «иерей», которое пришло в русский язык из греческого (ἱερεύς) и в буквальном переводе означает «священник». В православной иерархии иерей — это младший титул белого (женатого) духовенства, то есть обычный священник, а не монах или архиерей.

Обычно фамилии на -ев/-ов образовывались от имени или прозвища отца: Иереев — буквально «сын иерея». Но в этом случае есть нюанс. Прямое именование «Иерей» в качестве личного прозвища маловероятно для самого священника — его бы называли по имени или по церковному сану в уважительной форме («поп», «батюшка»). Куда правдоподобнее, что прозвище Иерей закрепилось за человеком, который находился при церкви: за служкой, пономарём или крепостным крестьянином, принадлежавшим конкретному иерею. В крепостной России крестьян часто записывали по имени их владельца-священника, отсюда и могла пойти фамилия.

Фамилия Иереевы — искусственная или семинарская? Скорее нет. Искусственные фамилии давали в духовных училищах, и они часто имели «благозвучные» латинские или греческие корни (например, Розов, Сперанский). Иереев же — патронимическая форма, типичная для крестьянской среды, где фамилию просто «нарезали» по отцу или хозяину. Поэтому носитель фамилии Иереев с высокой вероятностью потомок не самого священника, а человека, приписанного к его двору или приходу.

Встречается фамилия крайне редко, что естественно для санной основы: количество иереев всегда было невелико по сравнению с крестьянской массой. Географически можно предположить связь с центральными и северными губерниями России, где церковный учёт был строже. О точном времени возникновения говорить сложно — фамилия могла оформиться и в XVII, и в XIX веке, когда крестьянам массово давали фамилии после отмены крепостного права.

Интересно, что фамилия сохранила в себе не только профессиональный признак, но и социальный срез: она фиксирует не столько служение, сколько принадлежность — человека, который «ходил при иерее». В этом её отличие от однокоренных Попов, которые могли принадлежать и самому священнику, и его потомкам.